Как создаются новогодние сказки: интервью с создателями «Angry Birds: спасти Новый год»

27 декабря начинает работу масштабный проект, посвященный Angry Birds: парк развлечений и шоу «Angry Birds: спасти Новый год». «Сова» поговорила с режиссером-постановщиком шоу Антоном Пресновым, музыкальным руководителем Мариам Барской и бренд-менеджером Екатериной Демидовой, чтобы узнать, из чего сделаны новогодние чудеса.

Почему вы решили работать именно с Angry Birds?

Екатерина: Идея появилась во многом благодаря успеху полнометражного фильма, который дал новый старт франшизе. Более 300 миллионов долларов в прокате – это о чем-то говорит. Мы увидели спрос и решили: постановки на сцене ещё нет, давайте будем первыми.

Какие этапы в создании проекта уже пройдены?

Екатерина: Прежде всего нужно было выбрать площадку.Мы хотели сделать камерное шоу, чтобы каждый зритель был вовлечен. Поэтому у нас небольшой зал на 513 мест, амфитеатр — с любого места будет хорошо видно. Еще благодаря величине зала не возникнет проблем с акустикой.

Также нам было необходимо пространство для «Деревни», Поэтому мы выбрали Loft Hall. Все сошлось: удобное расположение в пяти минутах от «Автозаводской», огороженная и охраняемая территория с отдельными входами и выходами, камерами. Рядом — две парковки, городская и магазина Roomer. Локации «Деревни» будут располагаться как на улице, так и внутри третьего лофта, а весь второй лофт мы задействуем под шоу.

Антон Преснов

Антон: Продюсеры обратились ко мне, когда искали постановочную команду. Я, честно говоря, до этого не играл в Angry Birds и фильм не смотрел, но жил в мире созданных Rovio образов – ведь куда ни зайдешь, везде встречаешь персонажей франшизы. Даже на море в этом году я видел сто тысяч пляжных полотенец с изображениями птичек.

Мы встретились с продюсерами, и меня заинтересовала задача: сделать первое, лицензионное новогоднее театральное шоу для международно известного бренда.

Я тогда еще не знал, как все это будет выглядеть. Вариантов ведь множество: мюзикл, музыкальный спектакль, кукольный спектакль, интерактивная программа. И в итоге мы решили: это будет новогоднее музыкальное шоу с ростовыми куклами.

Но как ростовые куклы могут играть и вообще передавать какие-то эмоции?

Антон: В привычном понимании ростовая кукла — это достаточно объемная, тяжеловесная фигура, но такой формат нам не подходил. Поэтому мы проработали эскизы, и по ним специально для спектакля в США были созданы пневмокостюмы, которые наполняются воздухом, — один из героев, например, высотой в 2 метра 20 сантиметров. Эти костюмы легче, подвижнее, динамичнее, чем традиционные. И удобнее: нам было важно, чтобы артисты могли свободно дышать, ведь они будут выполнять сложные танцевальные элементы.

А кто будет находиться внутри кукол?

Антон: Профессиональные танцовщики, со многими из которых мы уже работали в других проектах, — только они умеют идеально координировать свои движения и выражать в пластике характер персонажа. А характеры у героев — Матильды, Реда, Чака, Бомба, Леонарда, главного свина, и его помощников, Хрюки и Шон-Бекона — разные. Эльвира Таха предложила для шоу современную джазовую хореографию: куклы действительно будут танцевать, по-настоящему, и эти «номера» будут вплетены в сюжет.

Как вы решили вопрос с музыкой?

Мариам: Музыка в шоу прежде всего должна вызывать определенные ассоциации. Компания Rovio предоставила нам музыкальные отрывки из фильма и серии игр, но они должны помогать сюжету, создавать определенную атмосферу. Наша задача – сделать так, чтобы у зрителей, и у маленьких, и у взрослых, было ощущение полного погружения в историю. И музыка здесь – неотъемлемая часть.

Мариам Барская
Антон: К озвучке персонажей мы привлекли звезд мюзиклов и шоу-бизнеса. Имен мы пока не называем, запись еще идет, но как только закончим — объявим. Это артисты с большим опытом озвучания. Причем они будут не только говорить, но и петь.

А какой этап в подготовке проекта был самым сложным?

Антон: Все самое сложное — впереди. Подготовительный период завершается, в сейчас начинается постановочный. Нас ждет много сюрпризов – мы первооткрыватели, подсмотреть нам негде. Поэтому, я думаю, главные открытия — назовем их так — впереди.

Но нас это не смущает. Лично я согласился принять участие в постановке, потому что это вызов своего рода. Мною движет азарт: хочу сделать все без примитивных штампов. Многие новогодние спектакли грешат этим – ведь шоу создаются на определенный период времени, а потом забываются. Из-за этого много компромиссов. А мне интересно все сделать так, чтобы постановка могла продолжать жить. Возможно, в гастролях, возможно, в продолжении этой истории, которая была бы всесезонной и универсальной.

Мариам: Процесс действительно интересный. Вот, например, к вопросу про задействованные ресурсы. Казалось бы, музыка – какое-то из средств выразительности. Но когда ты погружаешься в материал, ты понимаешь, насколько классно это сделано. Здесь и стилистика разная, и повторяющиеся так или иначе темы, малейшие детали продуманы. Даже Лондонский Филармонический оркестр записал главную тему игры – а это о чем-то говорит. Музыка действительно высочайшего класса, выполнена она очень качественно. И этому уровню мы должны соответствовать.

 

К слову о том, что этот проект — лицензионная история. Rovio ставила вам какие-то рамки, правила, которые нельзя нарушать?

Антон: Когда мы предложили свое видение шоу, представители Rovio нас сразу поправили: в этой истории не должно быть человека. Это мир свинок и птиц, и компания против того, чтобы в нем появлялся человеческий образ. Людей просто нет на острове. Но, раскрою вам секрет, одного человека Rovio ввести разрешили.

По логике — это должен был быть Дед Мороз, но русский Дед Мороз здесь неуместен. Поэтому у нас будет Санта Клаус. Он посетит остров, преобразит его. Вместе с Сантой птицы узнают о том, что такое Новый Год, потому что раньше на острове зимние праздники не отмечали. Знали о том, что они замечательные, но никогда не отмечали. Так что Санта будет важной фигурой в шоу.

Была еще одна правка, очень интересная. Мы, работая в рамках русской традиции, хотели избавить птиц от «сердитости». У нас ведь принято считать, что от злости нужно избавляться. Но Angry Birds учит, что негатив нужно просто направить в верное русло, свои чувства, даже злобу, следует не подавлять, а контролировать. Потому что именно ярость помогает тем же птицам спасать своих друзей.

Екатерина: С «Деревней» похожая история: Rovio не ограничивает нас, но все, что мы делаем, — это брендированная история, которая должна держать высокую планку.

А на каком этапе сейчас находится «Деревня»?

Екатерина: Для парка развлечений мы уже утвердили практически все локации, заключили контракты с подрядчиками. Большую часть «Деревни» мы создаем под проект, потому что раньше такого никто не делал. Это, с одной стороны, сложно, а с другой — интересно: мы сами решаем, что у нас появится, и выбираем то, что правда нравится детям.

Всего локаций около двадцати — несколько видов тира, гора Могучего Орла, лабиринт с квестом, карусели, зона больших игр вроде напольных шахмат. Дети смогут покататься на северном олене или сделать сувенир на память в мастерской Санта Клауса. Сам Санта будет гулять по территории со своими помощниками — Редом, Чаком и Бомбом. Вокруг будет постоянное движение — уличные музыканты, флешмобы.

Перекусить можно будет в двух кафе: одно — внутри лофта, второе, ярмарочного типа — снаружи. Знаете, как в рождественское время в европейском городе: хот-доги, глинтвейны, что-то праздничное, уютное.

Вам не жалко строить целый парк на 11 дней?

Екатерина: Очень жалко. Но поскольку компания Rovio нам первым в мире доверила сделать подобное шоу, мы думаем и о будущем. Планируем либо выходить на всю Россию, либо по франшизе продолжать эту историю в других странах.

Сколько вообще стоит организовать новогоднее шоу в России? Если не брать как пример вашу историю, а говорить о простом, качественном, но масштабном новогоднем спектакле.

Екатерина: Я боюсь ошибиться, но, как мне кажется, от 50 млн рублей. Лично у нас самыми большими статьями расходов стала «Деревня», которую мы создали с нуля, костюмы, сделанные для нас в США, и декорации для шоу, включая видеомэппинг.

Не боялись, что что-то пойдет не так и в итоге костюмы привезут неподходящие? Или аттракционы сделают не так, как нужно. Изменять ведь времени не будет.

Антон: Ну, если б я боялся, то не взялся бы все это делать вообще никогда в жизни (смеется).

Екатерина: Мы очень серьезно отнеслись к выбору подрядчиков — у них есть все лицензии, большой опыт работы, они все делают по ГОСТам. Так что мы уверены в качестве результата и в безопасности. На протяжении всего времени работы «Деревни» на каждой локации будет находиться технический специалист. Если человек отвечает за тир, например, — то только за него, он включен в процесс постоянно.

Вы упоминали видеомэппинг — какая роль ему отведена?

Антон: Пространство Loft Hall позволяет сделать очень эффектную 3D-визуализацию — у нас 11-метровые потолки, фактурные стены из светлого кирпича. В спектакле будут разные места действия, а сценография и проекция продолжают друг друга. Наши зрители побывают на острове птиц, увидят его преображенным к Новому году, вместе с героями построят корабль, отправятся в путешествие по морю на остров свиней. Еще у нас будут иллюзии – фокусы, если простыми словами, но объемные, волшебные.

Вы говорили, шоу будет интерактивным?

Антон: Конечно. Без детей спасти Новый год нам не удастся, они будут главными помощниками. Кульминацией станет главное действие, ради которого создавалась игра Angry Birds, — благодаря 3D-мэппингу зрители окажутся прямо на острове свиней и помогут птицам разрушить злополучные замки.

А стандартную анимационную программу до шоу вы будете делать?

Екатерина: В фойе — нет. Там будут красивые декорации, камин, фотозоны. А вся программа перенесена в «Деревню». Вы можете сходить туда до шоу, после – в течение дня билет действителен неограниченное количество раз. Внутри все, конечно, бесплатно — за исключением подарков, сувениров и кафе.

Что будет входить в подарок? Там будут такие конфетки, которые все выкидывают?

Екатерина: Нам повезло: поскольку бренд популярный, есть конфеты, мармелад, печенье, зефир, шоколадные яйца Angry Birds – и все вкусное. Сейчас мы формируем подарок, и обязательно положим кроме сладостей что-то брендированное на память – настолку, паззл или игрушку. Купить подарок можно вместе с шоу на сайте, он стоит 550 рублей. Либо – если забыли, не успели – прямо на месте, в кассе.

Как родителям примерно рассчитать время, отправляясь к вам?

Екатерина: Все индивидуально. В среднем мы советуем уделить не меньше двух часов «Деревне». Само шоу идет 50 минут без антракта, а пускают зрителей в зал за полчаса до начала.

Дети какого возраста – ваша основная аудитория?

Екатерина: Я бы сказала, что от трех лет. Детей до четырех лет мы пускаем бесплатно, они могут смотреть шоу у мамы на коленях и без проблем пройти в «Деревню».

Некоторые родители хотят отправить ребенка на шоу самостоятельно. И мы бесплатно предоставим сопровождающего, который проводит малыша, все покажет, будет за ним присматривать. Но в целом мы не рекомендуем так делать — ребенку без родителей все-таки вряд ли будет комфортно. Новый год ведь семейный праздник.

В «Деревне» на каждой локации работает аниматор, дети будут под присмотром. Но перемещаться по территории одному малышу не стоит — площадь все-таки большая.

А если родители захотят прокатиться, например, с горки? Чем вообще им можно заняться, пока дети смотрят шоу?

Екатерина: С горки – без проблем, у нас все прочное. А вообще есть несколько локаций, которые будут очень интересны родителям. Вы не представляете, какая очередь была на последнем «Мультимире» к тиру по мотивам Angry Birds, взрослые наперебой хотели пострелять. Перенос игры из виртуального мира в реальный цепляет всех. Также у нас есть два кафе, где можно спокойно провести время.

Но на самом деле, хоть мы и создаем шоу для детей в первую очередь, взрослым будет интересно. Современные технологии, тот же видеомэппинг, когда ты не знаешь, в какую сторону смотреть, откуда и что вдруг возникнет — это захватывает.

Мариам, Антон, у вас ведь большой опыт в постановке шоу и мюзиклов для разных аудиторий. Чем работа с программами для детей отличается от работы с программами для взрослых?

Антон: В «Стейдж Энтертеймент» я работал с самыми мрачными мюзиклами, которые существуют в мире (смеется). «Чикаго», «Призрак Оперы», «Бал Вампиров» — что может быть мрачнее? Но еще я ставил авторское ледовое шоу «Волшебник из страны Оз», три интерактивные программы для «Мастерславля», мюзикл «По щучьему велению» в «Московском доме музыки». Мою «Муху-цокотуху» признали лучшим спектаклем для детей на фестивале «Театральный Олимп» в Сочи. В прошлом году я делал «Новогоднее “Ку-ку”», а в конце сентября я выпустил детский приключенческий спектакль «Город Мечты». Еще была постановка «Не хочу быть собакой»…

Екатерина: В общем, вывод: Антон — профессионал (смеются).

Антон: Я просто люблю детские спектакли за непосредственность, озорство. И когда я работаю над детским спектаклем, мое восприятие тоже становится острее. Я смотрю на все глазами ребенка, погружаюсь в историю, абсолютно верю в нее, того же добиваюсь от артистов. Чтобы не было: «Вообще я Гамлета играю, но тут меня попросили, ну ладно, профессия такая…».

Мариам: А в конце детского спектакля обязательна какая-то ненавязчивая мораль, счастливый финал. Он важен и для взрослых, и для детей, особенно с учетом их непосредственного участия в шоу. Мы должны подключить родителей, сделать так, чтобы их захватили впечатления, чтобы после шоу всей семьей можно было искренне обсудить увиденное.

Но когда вы делаете что-то для детей — как вы понимаете, что ваши идеи «зайдут»? Можно попытаться настроиться на детское восприятие, но нам уже не десять лет.

Мариам: Только по реакции зрителей в итоге. Гарантий быть не может.

Антон: Никогда не знаешь. Есть принципы построения детской драматургии, связанные с удержанием внимания, есть множество исследований, есть опыт. Еще мне помогает общение с племянником — я время от времени в игровой форме ему что-то рассказываю, смотрю на отклик. Но это сложно.

Детей не обманешь. Их непосредственная и честная реакция… Если им скучно — они не будут смотреть. Как бы родители ни говорили: «Тихо, сиди, смотри» — они изноются, измучаются. Если ты ребенка в начале подключил, он весь спектакль будет подключен. Если ты ему даешь знать, что он смотрит со стороны, он будет смотреть со стороны. Я часто хожу на детские спектакли в качестве зрителя, погружаюсь в живой процесс. У детей очень простое восприятие, правильное, незамороченное…

Мариам: Честное.

Антон: Да. Говорят, что, работая над любой постановкой, нужно задать себе вопрос: «А про что спектакль?». Ребенок всегда найдет, что сказать: «Ну, этот спектакль про собачку, которая не хотела быть собакой». И ты, взрослый режиссер, должен четко и внятно сформулировать ответ для себя, чтобы все сложилось.

Есть два важных вопроса, которые родители задают детям после шоу. Первый — классика: «Тебе понравилось?» А второй: «Кто тебе больше всего понравился?». И в этом смысле у нас идеальная история с совершенно разными персонажами. Для каждого зрителя найдется любимчик: веселая Матильда, сумасшедший Чак, и Бомб, и Ред…

Мариам: И Леонард — он тоже может кому-то понравится, почему нет.

Антон: А может, Хрюки или Шон-Бекон. Милейшие персонажи, просто не очень умные. Но они самоотверженные, и так уморительно в той же игре реагируют, когда по ним стреляют, или радуются, когда удача на их стороне. Всех героев можно как-то оправдать.

Но все-таки, когда вы ставите для детей, вы упрощаете идеи?

Антон: На самом деле, детское образное мышление намного объемнее и интереснее, чем у нас. Через свои спектакли я говорю с детьми как с людьми, которые чувствуют тоньше и понимают больше, потому что доверяют своим ощущениям. Они искренние, импульсивные, непосредственные. Взрослые часто теряют это со временем. Поэтому мне важно, чтобы и родители прониклись рассказанной историей, как-то поменялись.

Мариам: Речь ни в коем случае не идет о том, что это ступенька восприятия пониже, как раз наоборот. Очень часто дети чему-то учат взрослых, чему-то, что взрослые забыли, что было стерто их жизненным опытом. Это стереотип — если детское, мол, надо упрощать.

Тогда скажите: о чем все-таки ваш спектакль?

Антон: О вере в чудо, в возможность перемен. Это вообще главное предназначение Нового года, его преимущество — мы вспоминаем о том, что чудо есть, что мечты есть, и нужно стремиться к ним.