Вит и Лу рассказали «Сове» о новом альбоме, рок-фестивалях, гастролях по США, российской альтернативе и протесте в музыке.

— Ваш новый альбом называется «Дивный новый мир». Какое влияние оказал роман Олдоса Хаксли на тексты и звучание песен?

Вит. Абсолютно никакого. Заявляю как автор текстов и соавтор музыки на этом альбоме. Единственное, что есть общего с книгой — название диска и одной из песен, а также саркастически-сатирическая атмосфера многих композиций и художественное оформление издания в стилистике антиутопии.

— Вы довольно часто играете на фестивалях, а какой вам запомнился и понравился больше всего?

Вит. Рискну сказать за всю группу, но точно знаю, что мы в этом единодушны: нам всем очень нравится дружеская атмосфера и отличная организация фестиваля «Доброфест». Конечно же, наши выступления на главной сцене «Нашествия» перед самой многочисленной в рок-аудиторией в стране каждый раз вызывают у нас сильнейшие эмоции и оставляют в наших сердцах неизгладимые впечатления.

Лу. Еще я с теплом в сердце вспоминаю легендарные и неповторимые фестивали Kubana и «Соседний мир». Они оставили после себя очень много теплых и веселых воспоминаний. А вообще мы всегда рады любым фестивалям, куда нас приглашают играть. В 2013 году мы летом сыграли на 20 с лишним фестах России и бывшего СССР. Везде было по-своему круто!

Купить билеты на концерт Louna 13 мая в Корстон-Серпухов

— В России не так много успешных альтернативных групп. Как вы думаете, почему у вас получилось стать известными и востребованными? Что бы вы посоветовали начинающим музыкантам?

Вит. На мой взгляд, есть три основных фактора, вернее, три исторических вехи, кардинально повлиявших на уровень известности и востребованности творчества группы LOUNA среди широких масс рок-слушателей. Это презентация нашего дебютного альбома «Сделай громче!» в 2010-м, появление песни «Бойцовский клуб» в «Чартовой дюжине» в 2011-м, положившее начало ротациям песен LOUNA на «Нашем Радио» и выход песни и клипа «Мама» в 2012-м.

Всё остальное   дебют (и впоследствии, ежегодные выступления) на главной сцене «Нашествия», масштабный тур по США, совместные работы с различными фронтменами отечественной рок-сцены и тому подобное  безусловно, тоже сыграло свои роли.Но не настолько переломные, это скорее звенья и следствия вышеописанной цепи главных импульсов, задавших вектор движения. Нельзя не упомянуть про колоссальную работу административной команды по пробиванию стен на пути и совершенно беспрецедентную по уровню доверия и мощности поддержку фан-клуба. В то время эти люди ковали вместе с музыкантами успех группы на бешеном энтузиазме, увлеченно, голыми руками.

Лу. Никаких заносов денег кому-либо, никаких инвесторов, спонсоров и влиятельных покровителей. Музыка совершенно неожиданно для нас попадала точно в цель. В музыкальные интересы журналистов и вкусы программных директоров, в души слушателей радио и отечественной рок-музыки, находя в них отклик, завоевывая всё новые и новые сердца практически без нашей помощи. Поэтому посоветовать что-либо конкретное начинающим музыкантам, кроме того, чтобы они не задумывались о каких-либо советах и «профессиональных трюках», а просто делали музыку, как они это умеют и, самое главное, от души, мы вряд ли сможем. В области продуманного продюсирования, следования актуальным трендам и коньюктурности мы полные профаны и лохи. Мы просто сочиняем и исполняем свои песни так, как нам нравится и как мы умеем. Может в этом и есть фишка?

— Вы сотрудничали с Чачей Ивановым и Сергеем Михалком. А с кем бы еще хотели вместе поработать?

Вит. Помимо Чачи и Михалка в записи вокала для различных совместных песен принимали участие такие уважаемые нами люди и лидеры близких нам по духу и идеям рок-банд страны, как Дмитрий Спирин, Рустем Булатов, Антон Павлов и Владимир Котляров. Мы заранее никогда не просчитываем и не знаем, когда именно и какие именно коллаборации у нас ещё будут впереди и будут ли они вообще. Эти союзы рождаются спонтанно, когда к этому гармонически или лирически толкает та или иная родившаяся песня. Так что поживем — увидим.

— В вашей музыке много протеста. Многие именно за это и любят творчество Louna. Но немало людей по той же самой причине вас критикуют. Что бы вы им ответили?

Лу. Я не понимаю формулировку «много протеста». В каких количественных величинах это измеряется и какова мера достаточности? Повторюсь, мы не занимаемся изучением актуальных трендов, мы занимаемся творчеством так, как нас к этому толкает наше собственное вдохновение — от прослушивания музыки, просмотра фильмов, узнавания каких-то новостей, впечатлений от происходящих событий в окружающем мире, собственных личных переживаний по каким-либо поводам.

Вит. Если создаваемая нами музыка и вокальная аранжировка порождает острое желание высказаться, градус музыкальной агрессии высок, а общее настроение данного трека гармонически подходит именно решительному и бескомпромиссному выражению своих эмоций и мыслей по поводу той или иной волнующей проблемы, то вполне естественно и логично рождаются «сердитые», остросоциальные тексты.

Рок как музыкальный жанр появился в середине прошлого века, изначально позиционируя себя, как музыка бунта, сопротивления, протеста против сложившихся стереотипов, правил и общепринятой системы. И во всем мире таким способом выражения протеста он до сих пор и является. Так что, дорогие критики из числа любителей конформизма и ванили в текстах, учите матчасть, возможно вам нужен кто-то из области поп-музыки.

— Считается, что альтернативную музыку слушают в основном подростки. Это просто обычный стереотип или хотя бы частичная правда?

Лу. Безусловно, у всех без исключения групп в мире, самые активные фанаты, которые бегут с началом запуска в зал и визжат в первых рядах, стоят в длинных очередях за автографами, сторожат музыкантов у автобусов и гостиниц, одним словом, те, кто являются героями многочисленных фильмов про музыкантов, те, кого в первую очередь видят и эти музыканты, и журналисты, и охрана перед собой — это, в основном, подростки.

Но это лишь видимая часть огромного айсберга, которая у разных групп, в зависимости от специфики, серьезности и сложности творчества, варьируется от подавляющей до минимальной. У всех по-разному.

Вит. Мне вот приятно видеть и осознавать, что наши песни слушают люди совершенно разных возрастов и по большей части это не только подростки. Это видно и по многочисленным фотографиям людей на наших концертах, и по статистике нашего официального сообщества ВКонтакте: подростки составляют лишь 13% из более, чем ста тысяч участников, а основной массой слушателей LOUNA — 80% — являются молодые люди от 18 до 35 лет.

— Вы исполняете довольно таки тяжелую музыку с женским вокалом. Это вам больше помогало или мешало? Или люди уже не обращают на это внимания?

Лу. По моим собственным наблюдениям, женский вокал в тяжелой музыке привлекал экстравнимание и дополнительный интерес людей последний раз в 1990-х. Тогда это действительно было в новинку и в диковинку: подобных групп в мире можно было пересчитать по пальцам. А в России были лишь одни Tracktor Bowling — первая альтернативная группа с женским вокалом в РФ — которых сравнивали почем зря с единственным известным и журналистам, и публике западным примером — Guano Apes. Хотя схожести в музыке этих групп было чуть более, чем ноль. На данный момент ситуация существенно изменилась и теперь вряд ли кого можно удивить и покорить какой-либо гендерной принадлежностью вокала — все решает актуальность и востребованность творчества.

— Вы известны не только в России, но и за рубежом — несколько лет назад у вас был обширный американский тур вместе с The Pretty Reckless. Насколько это на вас повлияло? Как там относятся к музыкантам из России?

Вит. Та поездка, уверен, оставила неизгладимые жизненные впечатления и дала массу полезного опыта. Мы получили бесценный шанс спуститься с небес на землю и за сутки переместиться из переполненных больших клубов на наших сольниках в России в небольшие, не всегда заполненные даже наполовину (да-да, The Pretty Reckless так собирают на родине), американские клубы в качестве первой группы разогрева. То есть прожить реальный концертный опыт начинающей группы в Штатах. Со всеми вытекающими: четким лайн-апом, своим бэклайном, полной сборкой и разборкой сцены за 15 минут и всем, что показывают в американских фильмах про рок-группы.

Поначалу нам было смешно и немного неловко, как будто попали под контрастный душ после нескольких лет хедлайнерства и всех сопутствующих заслуженных благ и лакшери-условий в России. Но западная гастрольная атмосфера и американская действительность были невероятно интересными и познавательными для нас. Как будто живешь в голливудских фильмах, которые ты смотрел с детства. Мы во все глаза колесили по Америке и без устали вонзали на протяжении 44 дней. К 26-му заключительному концерту в Вашингтоне став матёрой западной группой разогрева 🙂

Лу. Шутки шутками, но опыт колоссальный. Было приятной неожиданностью узнать, что отношение публики, пришедшей на концерт основной группы, к коллективам, выступающим перед ней, там не менее уважительно, а прием — не менее теплый. В отличие от России, где до выступления хедлайнера зал остается почти пустым и беспристрастным, а публика предпочитает пить в баре задом к сцене.

В семь часов вечера, когда мы обычно начинали играть свой сет в США, перед сценой уже стояли все посетители концерта, глаза у людей были устремлены на сцену, они внимательно слушали, живо откликались, хлопали и танцевали. А что касается нашей национальной принадлежности — американцам было пофиг, откуда мы. Многие думали, что мы местные (мы пели на английском), а когда спрашивали не придавали абсолютно никакого значения и сразу же забывали, переспрашивая — из Норвегии мы или из Дании.

— Назовите самые важные для вас события 2016 года.

Лу. Для меня это, пожалуй, запись и выпуск нашего альбома «Дивный новый мир», который, во-первых, получил на удивление мощный положительный отклик у наших слушателей (несмотря на свою музыкальную и текстовую экспериментальность), а, во-вторых, положил конец трехлетнему застою в творческой активности группы. Хотя вышедший в начале года концертный DVD «Песни о мире» с акустическо-симфоническим концертом в «Крокусе» по-своему уникален и волшебен.

Вит. А я не могу забыть наши выступления на фестивалях «Доброфест» и «Нашествие»: на первом мы очень круто вонзили, порвав все и вся. А на втором я увидел безбрежное, необъятное море людей, пришедших на наше, опять же, экспериментальное акустическое выступление, внимающих и поющих вместе с нами наши песни.

Мы вспоминаем исключительно о вехах в жизни Louna отнюдь не из хвастовства, а потому что слетевшему с катушек миру в 2016 году похвастать особо нечем. Все положительные моменты перебиваются огромным количеством трагических событий и траурных дат. Так что ждем, что готовит нам 2017-й.