Лидер группы The Matrixx Глеб Самойлов — о работе над новым альбомом, любимой поэзии, общей цели русского рока, поворотных моментах в жизни и о концертах в честь своего дня рождения.

Купить билет на концерт The Matrixx 4-го августа в Москве.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

Новой пластинки The Matrixx ждут, и ждут с нетерпением. Расскажите, какой и о чем она будет?

А вот когда выйдет — тогда и узнаете. Бесполезно что-то говорить об альбоме, еще не вышедшем. Он будет другим — непривычным ни для The Matrixx, ни для чего вообще. Как я уже говорил, он будет серьезнее во всех отношениях.

Вы не скрывали, что за последние несколько лет преодолели творческий кризис. Что помогло вернуться к новым песням?

Я просто начал заниматься другими вещами, абсолютно не связанными с обыкновенным процессом сочинения музыки. Я баловался со всякими программами, в которых можно складывать, сочинять музыку. Делал это, и постепенно у нас начали рождаться произведения самостоятельные. Три года все длилось, а последние песни буквально недавно написаны, месяца два назад, наверное. В общем, вернуться к песням помогло то, что я просто занимался хоть чем-то.

Ваши концерты 4-го и 5-го августа — какими они будут?

Концерты в мой день рождения — это традиция. На них собираются люди, которые хотят послушать The Matrixx и поздравить меня с праздником. А дни рождения для меня самого — это работа. 4 августа мы играем в Москве, потом сидим в гримерке, ждем поезда в Санкт-Петербург. Там по возможности спим, настраиваемся, потом играем концерт, снова сидим в гримерке, снова ждем поезда — уже в Москву.

Сейчас больше внимания привлекает работа над новым альбомом. Она ведь не кончается до сих пор, я ночами не сплю. И в конце концов, когда все остальные поедут в отпуск, я буду один на один сидеть с неизвестным мне звукорежиссером.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

Вы сами слушаете современную российскую музыку? Можете выделить кого-нибудь?

Современную российскую музыку я не слушаю. И понятия не имею, кого назвать лучшим музыкантом. Если есть еще российские музыканты в полном смысле этого слова, они все лучшие. Хотя бы за то, что они есть. Но сходу в голову не приходит никто, кого бы я выделил.

А если говорить о личном топ-три музыкантов и песен вообще?

Нет, выделить топ-три не получится. Если бы я за всю жизнь послушал пять музыкантов, я бы мог из них троих выбрать. А поскольку я музыку слушаю с восьми лет, и столько переслушал за свою жизнь — это просто невозможно.

Ваш профессиональный бэкграунд не мешает просто слушать музыку, не обременяя себя анализом? 

А я её так и слушаю, как обычный человек. Я слушаю, а если мне нравится, могу понять потом, почему и за что. Но сначала меня должно зацепить.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

А что касается литературы? Вы ведь очень начитанны, и любому поклоннику известно, что ваш любимый автор — Гофман…

Книги Гофмана — моя первая детская любовь к литературе. А вообще я читал очень много, правда много, и когда меня спрашивают о любимой книге, я обычно отвечаю: «Третья на четвертой полке справа».

Но какие поэты, например, повлияли на вашу лирику?

Вот поэзию, кстати, я не очень люблю. Но мне нравится Маяковский и вообще лирика начала ХХ века, вся эта модернистская тусовка, особенно футуристическая. Это первые фрики, и они создали свою культуру, которая жива до сих пор. Они сделали очень большое дело, перевернули понятие о поэзии, превратив её в действо. Их произведения — это уже не стихи, это явление.

Само искусство они превратили в некий фетишизм, и их влияние чувствуется до сих пор. Сейчас, если ты не фетишист, тебе на современной сцене делать нечего.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

Многие считают, что художникам — в широком смысле слова — можно быть не самыми лучшими людьми…

Вы знаете, не только художникам. Политикам тоже, слесарям: кран починил, не капает, работу сделал — и ладно. Вообще любому человеку можно быть каким угодно, родиться каким угодно и стать каким угодно.

Да, но про людей искусства говорят, что, мол, творчество все спишет…

Неправда. Ничего оно не спишет. Но быть при этом можно каким угодно.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

У вас достаточно конкретная гражданская позиция. Что её сформировало?

Да ничего. Внутренний протест, который свойственен при рождении, наверное, любому человеку, решившему выбрать путь рок-музыканта, провокатора. И, пожалуй, само искусство на меня повлияло.

А у русского рока — у него есть сейчас протестное начало? Вот Троицкий писал, что в 90-е, когда распался СССР, у русского рока пропала цель. Мол, если раньше была властная вертикаль, против которой шел протест, шла борьба, то когда исчез антагонист — исчезла и цель.

Вот вы об этом у Троицкого читали, а я это прожил. И считаю, что у русского рока до сих пор нет никакой цели. У того, что называется русским роком. Цель может быть у конкретно взятого человека, представителя искусства. А объединяющей цели какой-то нет.

Во второй половине 80-х, в конце 80-х, когда все думали, что вот-вот случится большая революция, нас всех объединяло некое воодушевление, единый порыв. Революции не случилось — собственно говоря, и порывов больше нет.

А сейчас? Несмотря на все те протесты, что были в 2011, 2012, даже недавно — все равно нет?

Ну, они как-то… Куда они делись? К чему привели? Остается только, не ожидая массовости протеста, быть самим собой и делать, что хочешь, делать, что можешь. Но этому не научить, не заставить насильно. Решение за человеком.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

А были в вашей жизни какие-то поворотные моменты…

Очень много. Всех даже не перечислю.

Расскажите о самом, скажем так, ярком?

Вот происходит самый яркий. Поворотный момент для уже сложившегося образа вольного плавания. Сейчас написать совершенно новый альбом, в котором даже песнями-то не все можно назвать…

Не только песни, но и произведения другого вида искусства, так вы формулировали это?

Частично, наверное, да. Могло быть еще страшнее, но просто альбом не резиновый, и время у нас поджимает. Мне пришлось оставлять только то, что кажется действительно необходимым. Могло быть гораздо больше провокаций и экспериментов — но я ограничен во времени.

А как вы решаете, что должно быть на конкретном альбоме?

Внутренним чутьем.

И если вернуться к определяющим моментам. Был ли такой, когда, пойди все иначе, мы могли бы не получить Глеба Самойлова, которого знаем?

Да, если бы моя мама сделала аборт. Так, знаете, многих бы не получилось, вас в том числе — логично ведь.

Глеб Самойлов интервью
Фотография: Дмитрий Семёнушкин

Вы все-таки верующий человек — или нет? Просмотрев все ваши интервью и переслушав всю дискографию, так и не нашла четкого ответа.

Понятия не имею. Есть иногда желание верить — а есть и мысли порой: Господи, чем в это верить, лучше не верить ни во что. Все по-разному, меняется в зависимости от жизни, настроения, выспался, не выспался…

Это не слишком серьезный вопрос для «выспался-не выспался»?

Вот выспался-не выспался — это дико серьезный вопрос, особенно когда тебе уже не 20.

А как бы вы описали свою музыку — всю музыку, что вы сочинили — одним словом?

Неформат.

 

Фотографии: Дмитрий Семёнушкин (Instagram, Facebook)